?

Log in

No account? Create an account
"Мост" - пусть у вас всё будет хорошо! [entries|archive|friends|userinfo]
Женя Лук.

[ website | оставил только карточку свою ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

"Мост" [Dec. 7th, 1998|10:28 pm]
Женя Лук.
[Tags|, , , ]


     Четвёртого сентября две тысячи одиннадцатого года в уютном проводницком купе поезда Москва-Феодосия Миша C. пересказал мне рассказ Пелевина про поезд, в котором люди ехали, а он никогда не останавливался. Ну то есть они всю жизнь как бы ехали в этом поезде. "А трупы выбрасывали в окно", - сказал Миша.

По этому поводу я вспомнила и рассказала Мише, что сто лет назад, а именно в 1998 или 1999 году, и мне приснился сон о людях, которые всю жизнь шли по мосту. Сон произвёл на меня глубокое впечатление (бывают такие пронзительные сновидения), и по "горячим следам" я записала всё, что успела почувствовать; ну, у меня всякое лыко в строку. Называлось это "Мост", что-то вроде притчи, наверное. По меньшей мере, с соответствующим пафосом. Петьке тогда понравилось. Или скорее он, как друг, не пожелал меня огорчать. А может быть, меня поразил фильм "Водный мир". Иначе, откуда столько воды? :)) Но раз всерьёз взялась складывать сюда обрывки детства и юности, прилагаю и "Мост", старый, наивный. Электронного текста у меня не сохранилось (а он был), но сохранилась распечатка и рукописные бумажки. Приходится работать собственным секретарём, чё.

Вот, пока печатала, прочла; как ни странно, до сих пор вижу картинку за каждым словом, хотя есть там в тексте и пара не вполне ясных мне сегодня мест :)) Ну и хрен с ним.
----------------------------------------------------------------------------------------------------------------

     "Мост"

     Они шли по мосту. Им казалось, что всё было такое же, как всегда: мост, запах моря, звук их шагов и скрип старых досок, лёгкие брызги, опять мост. Только они никогда не были "как всегда" - они были опять не такие, как секунду назад. И оттого, что они шли по этому длинному мосту, им было легче увидеть себя сверху и представить, будто бы они были двумя точками на бесконечной прямой. Они и были двумя точками: они не верили в свое прошлое и не умели представить будущее, а каждое мгновение становилось либо тем, либо этим, и им казалось, что они живут вечно. И хотя их было двое и они шли по одному мосту и были влюблены - они никогда не знали точно, каков этот мост, даже если спорили о нём ночами или считали шаги между перекладинами перил, или лежали на тёплых от солнца досках. И им казалось, что всё было такое же, как всегда, потому что они никогда не могли с уверенностью сказать, какое оно было.

     По ночам им снился мост, потому что он занимал все их мысли. И иногда сны были настолько отчётливы, что если по пробуждении утро выдавалось туманное, им думалось, что спят они именно теперь.

     Мост был их игрой, их призванием, их любимым занятием и наказанием - "делом всей их жизни", как они иногда осмеливались шутить.

     Они шли рядом и иногда держались за руки, но каждый раз, когда они вспоминали друг о друге, им казалось странным и невероятно счастливым, что они очутились рядом, в одном и том же месте, что мост был вечным помимо них, а не между ними.

     На бесконечной прямой движение по-своему бесконечной точки неощутимо, и они радовались друг другу, потому что у них не было зеркал, и вместе они узнавали себя. Когда они молчали, им казалось, что они мудры.

     Они цитировали свои воспоминания, хотя на самом деле это были их мысли, потому что, не доверяя прошлому, они хранили всё, что "было", во вновь создаваемых историях. И никто из них не знал, действительно ли вчера шёл дождь или они только что придумали его сами.

     И им было жаль каждой доски, которая оставалась позади, потому что они чувствовали, что ничего не повторится, и останутся только сны, которых не выразить словами. И они уходили, и боялись оглянуться и увидеть, что ничего не осталось. Да ничего и не было.

     И если глаза их были закрыты, они боялись их открыть, и наоборот, потому что каждое мгновение было чудом, а кроме этого чуда они не могли представить ничего, и им было странно и нестерпимо думать о том, что будет, если они откроют глаза, а чуда не произойдет.

     Они молчали, когда нечего было сказать, или когда безумно хотелось высказать, или когда сказано было слишком много.

     Иногда, когда мост представлялся им совершенно по-разному, они готовы были убить друг друга, потому что каждый понимал, что оба правы, и поэтому мост делал их одинокими.

     Они шли, и он рассказывал ей то, что говорил ему его отец, а тому - его отец; и отцов, говоривших с сыновьями было так много, что слова утратили смысл. Но ей было интересно слушать. Она шла, скользя пальцами по гладким перилам, и пыталась угадать, где море переходит в небо. И иногда ей казалось, что есть только мост и небо, а в следующий миг - только мост и море. Она слушала и улыбалась, и думала, что вдруг так случится, что на бесконечной прямой моста появится ещё одна, по-своему бесконечная, точка, и тогда история отцов будет услышана ещё раз, последний раз.

     Он рассказывал, что когда-то семьи тех первых отцов, сотворивших историю, начинавшуюся вот этими словами про "семьи первых отцов", жили на материке. Но постепенно материк поглотило море. А когда большинство умерло от наводнений, а земли осталось так мало, что несколько последних семей с трудом помещались на ней, и никто не спал, потому что каждый боялся, что его скинут в воду; когда в отчаянии люди снова придумали бога; тогда, серым, промозглым утром недалеко от островка, в который за годы превратился материк, появился мост.

     Первые добравшиеся до него с трудом залезли по высоким скользким столбам на дощатую поверхность, и так как из-за тумана не было видно, куда вёл мост, они поспешили скрыться в серой мгле, чтобы увидеть желанный неизвестный берег. Они прошли не один километр и забыли о тех, кто шёл позади, а земли все не было. Через несколько лет поисков они поняли, что её и не будет. Но за прошедшие годы они привыкли к мосту, к его однообразию и спокойствию, и обрели на нём свой новый дом. Они питались тем, что давало море. А из немногих вещей, что они успели захватить с собой с материка, почти все оказались ненужными здесь, на мосту. И они почти всё выкинули в море. Глядя на оставшееся, они верили, что найдут землю.

     Когда двое из тех, кто шли первыми, не выдержали и, построив плот из перил, уплыли и больше никогда не вернулись, мост обрёл свою первую легенду.

     Когда один из них сошёл с ума и на все вопросы отвечал, что бесконечность - это то, что ты не можешь постичь за свою жизнь, мост обрёл своего философа.

     Когда через несколько лет на мосту один решил пойти назад и искать начало, а те, кто ещё верил, что у моста есть начало, и что земля - шар, сказали уходящему "до свидания", надеясь на невозможную встречу, тогда мост обрёл свою историю и географию.

     Эту часть рассказа отец повторял много раз. Но была ещё часть, и часть эта была о загадке моста - о самом мосте - и её отец рассказал только однажды и никогда уже не возвращался к ней.

     После сумасшедшего философа загадку отгадал самый старый из них. Когда однажды утром все проснулись и, как всегда, собрались в дорогу, и каждый приготовил рассказ о своём сне, чтобы было веселее идти, старик отказался продолжить путь. Он даже как-будто с трудом замечал людей вокруг себя. И то, что он сказал, потрясло всех. Старик сказал, что мост, их ненавистный, неумолимый, вечный мост кончился, и что на горизонте видно то последнее уцелевшее дерево их материка, в который они уже перестали верить.

     И им пришлось оставить старика на краю его моста, потому что, когда старик проснулся, чуда не произошло, а сумасшедший философ был прав.


LinkReply